ПУГАЮЩЕЕ НЕИЗВЕСТНОЕ...


перестает быть таковым – и пугающим, и неизвестным – по мере возрастания самопринятия и самоуважения человека.


В конце предшествующей публикации я обещала рассмотреть проблему связи способности удивляться неизвестному применительно к какому-либо конкретному объекту, оцениваемому человеком в той или иной эмоциональной модальности. Позитивная модальность таких оценок – не проблема, но ценный ресурс. Поэтому сосредоточимся на модальности негативной собственной эмоциональной оценки встретившегося явления, события или факта.


В предыдущей публикации была раскрыта цепочка личностных приобретений в ходе благоприятного развития. Здесь нам нужен ее фрагмент для осмысления условий и динамики возрастания ресурса для восприятия неизвестного, даже неприятного по собственной моральной/нравственной оценке как интересного для познания явления. Вот этот фрагмент: инициативность – достижения/трудолюбие – эгоидентичность – продуктивность/творчество.


Надо ли давать определения компонентов этого фрагмента? Если надо, сообщите в комментариях. Раскроем. Сейчас, чтобы высветить главный смысловой посыл, воздержусь пока от этих подробностей.


Итак, при благоприятной линии развития личности неизвестное трактуется человеком как предмет собственного интереса. Интерес – суть –познавательный мотив.


Если же самоуважение в дефиците, то встреча с непонятным фактом, необъяснимым на первый взгляд, и не слишком приятным, или вовсе неприятным с учетом индивидуальной ценностно-нравственной шкалы оценок, становится для организма стресс-фактором. Под организмом, напомню, понимаем не только физику, но и психику в их единстве. Контекст использования именно этого понятия обусловлен необходимостью иметь в виду психосоматические связи переживания индивидом стресса.


В качестве примеров пугающего индивида неизвестного возьмем поведение другого человека. Кстати, объективно в таком поведении далеко не всегда содержится угроза. Но, апперцепция! Травматичный прошлый опыт, неблагоприятная линия психосоциального развития обусловливает именно эмоциональный стресс при встрече с непонятным, неожиданным, нелогичным и одновременно неприятным поведением другого лица.


Такое поведение может трактоваться как угроза и поэтому вызывать страх. То есть, не само по себе чье-либо поведение вызывает страх. А по причине специфики интерпретаций того, в адрес кого реализуется это самое поведение. Немало таких ситуаций, полагаю, вы сможете привести из собственного опыта.


Нас расстраивают не события, но наши интерпретации этих событий, согласно Эпиктету, Кьеркегору. Это мы уже обсуждали где-то в октябрьских днях.


Неприятное неизвестное выглядит пугающим в восприятии человека с дефицитом компетентности – по его собственной оценке субъективных ресурсов.


Дефицит компетентности, чувство некомпетентности актуализирует комплекс неполноценности и выученную беспомощность в режиме здесь и сейчас.


В результате защитное поведение становится враждебной агрессией. Тут надо бы вспомнить, что альтернативна последней – агрессия инструментальная. Определений опять не даю. Если надо, сообщите в комментариях.


Любое объяснение, даже неприятное, снижает или полностью угашает страх (Ю.М.Орлов). Это зависит от степени достаточности для индивида найденных им объяснений. Собственно, поиск этих объяснений и есть процесс познания.


Стремление найти объяснение порождает понимание в результате открытия нового знания, кураж познания. Пазл складывается, рождается адекватность понимания происходящего. И вы становитесь способны отделить то, что относится к вам и не к вам. И вы переживаете инсайт: чужое поведение к вам относиться не может, оно же не ваше, в самом деле! А вот ваша реакция на него, конечно, принадлежит именно вам и создана вами. Взаимная самопрезентация состоялась.


Найденные человеком достаточные для него самого объяснения приводят к повышению компетентности – все в том же режиме – здесь и сейчас. В результате получает прирост и самоуважение. В каждой такой ситуации по паре штрихов, глядишь, количество перейдет в качество. Картинка возникает другая в личностной динамике.


Личностные свойства и черты характера обусловливают когнитивные процессы, выступая устойчивыми ресурсами динамики их направленности и содержательного наполнения. Вопросы, которыми задается человек, в поисках причин происходящего с ним или вокруг него, их предметное содержание, определяются его компетентностью (его чувством компетентности), с одной стороны, и самоуважением, с другой. Моральное сознание выражает их системное взаимодействие. Напомню, что уровень развития морального сознания определяется интеллектом и эмоциональной зрелостью.


Способность удивляться (а не пугаться!) неприятному в поведении другого человека выступает основой оздоровления не только поведенческих реакций воспринимающего субъекта, но и его межличностных отношений в целом. Поскольку приобретенный здесь и теперь полезный опыт здоровых интерпретаций экстраполируется и на отношения с иными окружающими.


Гностические эмоции (удивление, сомнение, изумление) в отношении неприятного и непонятного – корреляты интереса к нему как объекту исследования. А объект исследования угрозой сам по себе перестает восприниматься. Исследовательская позиция выражается в инициативном поведении в отношении объекта изучения.


Таким образом, чье-либо неприятное вам поведение вы трансформируете из угрозы в объект собственного познания. Интересный вам объект. Интересу в процессе его утоления сопутствуют удовольствие, кураж и радость открытия. Грех Пушкина не вспомнить добрым словом. «О сколько нам открытий чудных...»


Итак, допустим, вы совершили открытие – для себя – природы неприятного неизвестного. Само это новое знание может вам нравиться или не нравиться. Это от вашей шкалы высших ценностей зависит. И в том, и в другом случае ваше эмоционально здоровое отношение выразится в безусловном принятии (а куда ж деваться!) свежеобъясненного факта, или явления.


Вы признаете здесь и сейчас право и способность, желание и готовность другого человека заблуждаться, иметь дефицит нравственности, совершать аморальные поступки – с вашей точки зрения, делать все, что угодно. Это его поведение. Не ваше.


Вы признаете за ним такое право. Априори. Безусловно. Без осуждения его личности в целом. Вы ж не судья. Вы отрицательно оцениваете его поступок, или поступки, или поведение в целом. Но не всю его самость.


Ваш ресурс – самоуважение.


Вы безусловно принимаете отрицательно оцениваемое вами поведение другого лица, но вы не одобряете это самое поведение. Принятие при неодобрении. В этом его сущность и заключается.


И вы признаете за собою право отнестись к поведению другого человека с отрицательной нравственной оценкой. Но не ко всей его личности. Вы понимаете, что у этого другого человека нет достаточного ресурса для соответствия вашим ожиданиям. А у вас есть ресурс реагировать на не нравящееся вам без стресса. Но с той интенсивностью и продолжительностью отрицательных эмоций (раздражения, отвращения, стыда…), которые достаточны для сообщения этому другому о вашей оценке происходящего.


Вы способны к снисходительности в отношении к другому, в своих ожиданиях к будущему возможному аналогичному его поведению. У вас только что обогатилось знание поведенческих возможностей этого другого. Вы пополнили свой ресурс. Вы стали свободнее. Вы теперь в меньшей степени привязаны к жесткости своих ожиданий.


И вы выстраиваете свое поведение в соответствии со своей здоровой целью, со своим представлением желаемого результата поведения собственного. Теперь партия – ваша.


Модальность собственных нравственных оценок в отношении открываемого нового может быть вынесена за скобки, как в математическом уравнении.


Преобладание удивления над гневом в отношении к неприятному поведению кого бы то ни было – здоровая альтернатива враждебной агрессии в его адрес. Гнев разрушителен в отношении самого гневающегося, поскольку создает дополнительный стресс хронического порядка. Об этом мы уже говорили неоднократно и поговорим еще.


Навыки саногенной рефлексии тренируются в ежедневных ситуациях взаимодействия с другими людьми. Количество переходит в качество. Всегда. Это закон.


Наталья Бакшаева