ДЕФИЦИТ САМОУВАЖЕНИЯ И НАБЛЮДАЕМОЕ ПОВЕДЕНИЕ


Самоуважение – оценочное отношение к себе ценностно-нравственного характера положительной модальности на основе собственных успехов в различных видах деятельности и поведения, обусловливающее психологическую свободу и чувство собственного достоинства. Недостаток самоуважения порождает комплекс неполноценности.


В самоактуализационном тесте шкала самоуважения диагностирует способность субъекта ценить свои свойства характера и уважать себя за них. Черты характера проявляются в типичных для человека паттернах поведения, реализуемых в определенным образом распознаваемых им ситуациях, в соответствии с предшествующим опытом. Многие люди не слишком хорошо знают свои черты характера, поскольку закономерности собственного реагирования на те, или иные изменения ситуаций и обстоятельств никогда не были предметом их собственной исследовательской активности.


Человек зачастую направляет фокус своего внимания на поведение других людей. Наблюдателем быть проще, нежели исследователем. Как провозглашал древнеримский поэт-сатирик Ювенал, люди требуют хлеба и зрелищ. И в этом отношении современный человек изменился весьма незначительно. Собственное поведение для человека в определенном смысле тоже может становиться зрелищем. Сам себя может немало удивить порой человек. Приходилось вам слышать, как кто-то говорил, что сам от себя «такого не ожидал»? Может быть, иногда так восклицали и вы.


Наблюдаемое поведение постоянно подвергается интерпретациям. Если наблюдателей несколько, они могут выражать согласованную позицию в интерпретации такого поведения. Само по себе это может означать, а может и не означать адекватность такой интерпретации. Заблуждаться может и большинство. Это известный факт, установленный в социальной психологии.


Другим установленным в этой науке фактом является ошибочность любых интерпретаций наблюдаемого поведения, не опирающихся на научный подход. И вновь уместно вспомнить слова Курта Левина: чтобы отличить наблюдаемый факт от сколько-нибудь ценной интерпретации его, психолог должен быть обучен, и обучен правильно. Это – о возможности избежать субъективизма в интерпретациях наблюдаемого поведения других людей и собственного – при условии соответствующих знаний и исследовательского опыта в русле данной проблематики. То есть, научиться можно. Но не сразу.


Почему люди ошибаются в своих интерпретациях наблюдаемого поведения? Потому что они специально не учились этого делать. В чем заключается ошибочность таких интерпретаций? В перекосе акцентов в выстраивании причинных схем, объясняющих поведение других людей и собственное. Причины поведения скрыты в мотивах этого поведения. А мотивы, как мы знаем, зачастую не осознаются. Большая часть мотивов собственного поведения не осознается человеком. Причем, даже тогда, когда человек точно знает, зачем он поступает определенным образом. Здесь можно внести поправку: человек думает, что точно знает, почему он действует или поступает именно так. Любое поведение полимотивировано: оно побуждается множеством мотивов, его главная мотивационная линия представляет собой системное единство смыслообразующего мотива и множества сопутствующих ему второстепенных мотивов-стимулов. Виды мотивов здесь названы в терминологии А.Н.Леонтьева (ремарка для психологов).


Какие акценты в интерпретациях подвергаются перекосу? На поведение человека, как писал К.Левин, влияют три группы факторов: внешние обстоятельства, ситуация и личностные черты. В социально-психологических исследованиях рассматривалась частота использования наблюдателями ситуационных и личностных факторов в качестве объясняющих поведение причин. В своих интерпретациях люди склонны придавать большее значение влиянию ситуации на собственное поведение, нежели на поведение других людей; и, соответственно, большее значение личностным характеристикам других людей в определении их поведения, нежели своим личностным особенностям в обусловливании поведения собственного. Сей феномен был открыт в 1977 г. Л.Россом, и назван им фундаментальной ошибкой атрибуции.


Исследованием этой проблемы мы занимаемся с 2000 года, в том числе совместно с участниками групп саногенного мышления и, конечно, со студентами. В исследовании приняли участие более 6000 испытуемых, большая часть в их числе – студенты. Статистика была обсчитана в 2015 г., на эту тему мной была написана вполне академическая научная статья, в которой было уточнено описание изучаемого феномена. Но данные продолжают поступать.


Тут надо сказать, что в ходе этого нашего исследовательского проекта наметились две линии: студенты принимают участие в констатирующем эксперименте, а участники групп саногенного мышления – в формирующем. Не надо думать, однако, что ради этого проекта такие группы ведутся. Все как раз наоборот. Изменения в величине ошибок атрибуции в процессе и результате овладения саногенным мышлением были замечены мною далеко не сразу. Точнее, это вообще не было предметом особого осмысления в течение целого ряда лет. Побочным продуктом психотерапевтического процесса стало обнаружение тенденции к уменьшению величины фундаментальной ошибки атрибуции в интерпретациях наблюдаемого поведения участниками наших групп.


Почему студенты принимают участие только в констатирующем эксперименте? Потому что это происходит в аудиторных условиях в рамках изучения темы атрибуции поведения. Формирующий эксперимент длится почти два года – формат психотерапевтической программы системы саногенного мышления. И главная цель этой программы, замечу, вовсе не в исследовании атрибутивных ошибок. Хотя, уменьшение их величины и частоты возникновения и является закономерным результатом оздоровления философии обыденной жизни в ходе последовательного научения системе методов преодоления эмоционального стресса и профилактики его возникновения.



Здесь я не стану все подробности раскрывать, поскольку есть риск перейти к некоторому занудству, без которого не обойтись в академических научных статьях. Скажу только, что нами были обнаружены:

во-первых, целый ряд факторов, снижающих величину ошибочности интерпретаций наблюдаемого поведения других людей;

во-вторых, статистически значимая связь между самоуважением и содержательной спецификой интерпретации наблюдаемого поведения других людей и собственного поведения;

в-третьих, положительная связь между самоуважением и динамическими характеристиками эмоциональной модальности оценочных суждений в адрес наблюдаемого поведения других людей и собственного.


Естественным результатом овладения системой саногенного мышления становится уменьшение интенсивности, продолжительности и частоты возникновения эмоционального стресса. Происходит изменение в закономерностях поведенческой активности на основе оздоровления философии обыденной жизни. В числе прочих полезных приобретений возрастает и самоуважение, выступающее, к слову, коррелятом самопринятия, безусловного принятия и уважения в отношении других людей. Итак, мы выяснили, что самоуважение порождает снижение искажений и ошибочности интерпретаций наблюдаемого поведения.


Именно совместно участниками групп саногенного мышления было выявлено, что искажения в интерпретациях проявления в наблюдаемом поведении самоуважения обусловлено дефицитом этого качества у наблюдателя. Проявление самоуважения в наблюдаемом поведении другого человека при его дефиците у наблюдателя воспринимается последним порой в качестве некоего вызова, на который означенный наблюдатель реагирует враждебной агрессией или иным не вполне адекватным образом – к удивлению объекта наблюдения (неплохой каламбур!).


Чувство превосходства, компенсирующее комплекс неполноценности (по А.Адлеру), при дефиците самоуважения приписывается наблюдателем посредством проекции действующему лицу. В результате проявление самоуважения ошибочно трактуется как чувство превосходства. Наблюдатель сам стремится к превосходству, и поэтому он недоволен результатами своих наблюдений (а на самом деле – своих ошибочных интерпретаций), и выражает свое недовольство доступными ему и привычными поведенческими паттернами. Он выражает в своем поведении черты, компенсирующие дефицит самоуважения.


В курсе саногенного мышления участники анализируют сотни и сотни ситуаций интерпретаций наблюдаемого поведения, как собственного, так и других людей. Посчитайте сами: 20 тем по 30 ситуаций для анализа = 600 ситуаций анализирует каждый участник – это минимум. Как показывает наш уже 20-летний опыт в этом деле, таких ситуаций участники анализируют много больше, – по собственному почину.


Этот массив данных обеспечивает такую статистическую значимость, которая многократно превышает требуемую для достоверности подтверждения гипотезы. Причем, наши данные позволяют выстроить кривые динамики постепенного повышения самопринятия и самоуважения, с одной стороны, и снижения величины ошибочности интерпретаций наблюдаемого поведения в целом, и проявления в нем означенного качества. Замечу, что в ходе наших исследований постоянно проверяются и множество других гипотез. Это ли не аргумент в пользу закономерного оздоровления философии обыденной жизни в процессе и результате овладения системой саногенного мышления.

Обратная связь – приветствуется!


Наталья Бакшаева