ЧТО НАМ ДЕЛАТЬ С ЭТИМ СТРАХОМ?


Страх – не самостоятельная эмоция. Ю.М.Орлов определяет страх как эмоциональную реакцию на прогнозируемую человеком угрозу. В качестве угрозы может выступать любая отрицательная эмоция. Страх обретает конкретные очертания, будучи связанным с определенным предметом, явлением или событием, оцениваемым человеком в отрицательной модальности.

Поэтому страх абстрактным не бывает. Его следует рассматривать всегда в конкретном выражении. Страх обиды. Страх вины. Страх стыда, зависти, ущемленной гордости. Страх гнева. Страх оскорбления или отвращения. Страх боли. Боль – прогнозируемую – при этом тоже следует конкретизировать. Боль физическая, или психологическая. И физическую боль тоже следует прояснить и исследовать свое восприятие ее самой, а также, и свои особенности ее ожидания.

Любое объяснение, писал Ю.М.Орлов, даже неблагоприятное, снимает напряженность угрозы, особенно, если вследствие этого вносится определенность в характер этой угрозы. В результате снижается или полностью угашается страх. Эффект обусловлен степенью подробности и достаточности найденного объяснения, субъективной удовлетворительностью такого объяснения.

До какой степени прояснять? До той, которая достаточна для угашения вашего страха. Как и что прояснять относительно прогнозируемой вами боли? Реалистичность прогноза: на чем он основан, на каких фактах (?). Есть ли способы избавиться от боли, обойтись без нее в этом конкретном случае? Эти способы вам подходят? Они реалистичны? Вы способны их реализовать? Каковы возможные последствия для вас использования вами этих способов?

Осуществите попытку прийти к общему знаменателю: соотнесите возможные последствия встречи с этой конкретной болью и цену ее избегания или отдаления. Интенсивность, характер и продолжительность действия ожидаемой боли – тоже следует прояснить. Каковы ожидаемые вами полезные результаты переживания боли в этой конкретной ситуации? Степень глубины прояснения задаете вы сами. Пределов познания не существует. Когда мы начинаем категорично судить о чем бы то ни было, мы закрываем себе путь к познанию.

Итак, страх всегда имеет предметную отнесенность. Однако, человек порой затрудняется в осознании самого предмета своего страха. Но всегда, при прогнозировании какой-либо угрозы, он опирается на свой предшествующий опыт. Апперцепция – влияние прошлого опыта на восприятие настоящего.

Если в этом опыте много обид, страх обиды будет достаточно интенсивным. Обидчивые люди интенсивнее переживают вину, в отличие от тех, кто менее обидчив. У каждого в опыте есть немало эмоциональных стрессов – стыда, гнева, зависти и мн. др. Величина переживаемого человеком страха зависит от того, в какой степени здорова его философия обыденной жизни. Саногенное мышление – инструмент управления эмоциями и поведением. При мышлении патогенном эмоции управляют человеком и его поведением.

Тема размышления страха представлена в курсе психотерапевтической системы саногенного мышления не в единственной ее ступени. Страх обнаруживает свою связь со всеми стрессогенными эмоциями: обидой, виной, стыдом и др. Переживание страха становится предметом саногенного размышления и в отношении неудачи. Метод саногенной рефлексии доказал свою эффективность и в преодолении страха смерти. В результате угашения страха потери любви человек раскрывает свою способность к выражению и принятию самой любви. Страх структурно представлен и в переживании ревности, отражен он и в темах управления желаниями и поведением. Психика вообще – целостное явление, и поэтому, если мы хотим оздоровить ее полностью, нам потребуется для этого системный подход к вопросу.

Психотерапевтическая система саногенного мышления вполне обеспечивает такую возможность, прекрасно согласовываясь с любыми оздоровительными подходами и решениями, в результате чего вполне закономерен синергетический эффект оздоровления индивидуальной философии обыденной жизни. Чрезвычайно важно, что это – психотерапия без насилия над собой. Сам процесс психотерапии осуществляется на основе принципа удовольствия, и поэтому, не является источником дополнительных страхов, как это порой происходит в иных подходах. Гедонизм познания и психологических интервенций, помноженный на гедонизм терапевтических трансформаций, обеспечивает синергетический эффект психотерапевтической системы саногенного мышления.

Любой страх, будучи преодоленным, повышает количество степеней психологической свободы человека. В результате исчезает выученная беспомощность, возрастает уверенность в себе. Психотерапия страхов становится базой для осуществления человеком принятия собственной уникальности. Тогда становится возможным и возрастание самоуважения, и восхождение к индивидуальности.


Наталья Бакшаева